Аналитик Commerzbank доктор Генри Хао отмечает, что Китай лучше подготовлен, чем многие экономики Азии, к перебоям с энергоресурсами из‑за напряжённости на Ближнем Востоке и рисков вокруг Ормузского пролива. В записке говорится о более разнообразных поставках сырой нефти, крупных государственных запасах и меньшем потреблении ископаемого топлива на единицу ВВП (то есть на каждый «рубль» произведённой экономики нужно меньше нефти, газа и угля).
По всей Азии страны используют государственные запасы нефти с разным эффектом. У Японии, Южной Кореи и Тайваня большие государственные резервы, тогда как Индия, Таиланд и Филиппины располагают ограниченными запасами и сильнее уязвимы при длительных сбоях поставок.
Китай, как указано, применяет резервы и меры госполитики, чтобы смягчать краткосрочные ценовые и логистические удары. При этом сохраняющаяся геополитическая нестабильность, по оценке, будет и дальше испытывать эту «подушку безопасности» на прочность.
Отмечается, что Китай снизил зависимость от ближневосточной нефти за счёт диверсификации (то есть перераспределения закупок между разными странами-поставщиками). Доля Ближнего Востока в импорте КНР, как говорится, самая низкая среди крупных азиатских экономик и снижается с 2022 года.
Также в отчёте говорится, что энергетический баланс Китая меняется: растёт доля возобновляемых источников энергии (ВИЭ — солнечная, ветровая и другая генерация, не зависящая от нефти/газа), а потребление ископаемого топлива на единицу ВВП снижается. При этом эффект будет разным по отраслям: транспорт и химическая промышленность с большей вероятностью столкнутся с давлением, если нестабильность сохранится.
На фоне напряжённости вокруг Ормузского пролива стоит рассмотреть сделки в пользу китайских активов против активов более уязвимых соседей. Один из вариантов — парная сделка (pairs trade: одновременная ставка «вверх» по одному активу и «вниз» по другому, чтобы снизить влияние общего движения рынка): покупка китайского юаня против корзины, где открыта продажа японской иены и южнокорейской воны. В обоснование приводятся данные за март 2026 года: Япония по‑прежнему импортирует 88% нефти через пролив, тогда как показатели Китая за I квартал 2026 года показывают снижение зависимости от Ближнего Востока до 42%.
Покупка фьючерсов на нефть Brent или колл‑опционов (колл — право купить актив по заранее оговорённой цене) также рассматривается как прямое страхование от шока предложения из‑за пролива. В 2024–2025 годах рынок уже показывал, насколько быстро цены реагируют на региональные обострения; любые перебои в проходе почти 21 млн баррелей в сутки через Ормуз немедленно отразятся на мире. Это один из самых простых способов занять позицию на случай эскалации.
При этом важно учитывать неоднородность внутри китайской экономики. В анализе отмечается уязвимость транспорта и химического сектора, которые особенно чувствительны к стоимости энергии. Эту идею можно выразить через продажу ETF, ориентированных на китайскую промышленную химию (ETF — биржевой фонд, торгуется как акция и повторяет динамику индекса/сектора), или через покупку пут‑опционов (пут — право продать актив по фиксированной цене) на крупные авиакомпании и судоходные компании, чьи акции торгуются в Шанхае или Гонконге.
