Переговоры США и Ирана зашли в тупик после того, как Тегеран отказался от дальнейших обсуждений, и второй раунд так и не состоялся. США продлили сроки режима прекращения огня, сохранив временное перемирие до официального завершения переговоров.
США продолжают блокировать иранские порты, чтобы остановить поставки нефти. Ситуацию описывают как затяжное противостояние: блокада используется как инструмент давления, при этом сохраняется риск дальнейшей военной эскалации.
Рынки по-прежнему сталкиваются с рисками сбоев поставок энергоресурсов через Ормузский пролив (узкий морской проход, через который проходит значительная часть мирового экспорта нефти). Нефть Brent с поставкой в июне торгуется около 100 долларов за баррель.
Более широкий круг макрорынков (то есть основные рынки валют, облигаций и акций) остается относительно стабильным. Индекс доллара США DXY (показатель силы доллара к корзине основных валют) находится около 98,4, а доходность 10-летних казначейских облигаций США (процентная ставка по эталонным гособлигациям США) — примерно 4,3%.
В материале указано, что он был подготовлен с помощью инструмента на базе искусственного интеллекта и проверен редактором.
Оглядываясь на затяжное противостояние США и Ирана в 2025 году, можно отметить явный разрыв в реакции рынков. Блокада иранских портов подтолкнула Brent к 100 долларам, тогда как более широкий рынок, включая индекс доллара, оставался неожиданно спокойным. Это показывает, что не каждый геополитический кризис приводит к массовому уходу инвесторов в «тихие гавани» (то есть в активы, которые обычно покупают в периоды стресса), и иногда возникают локальные возможности для сделок.
Это формирует подход для торговли в похожих ситуациях, когда напряженность связана прежде всего с энергорынком. Поскольку около пятой части мировых поставок нефти все еще проходит через Ормузский пролив, любое новое обострение может стать поводом для покупки краткосрочных колл-опционов (контрактов, дающих право купить актив по фиксированной цене) на фьючерсы Brent или WTI (стандартизированные биржевые контракты на поставку нефти). В аналогичные периоды индекс волатильности нефти CBOE OVX (показатель ожидаемых рыночных колебаний цен на нефть, рассчитанный по опционам) подскакивал выше 50, поэтому ставка на рост волатильности (то есть на усиление колебаний цен) может быть прямым и эффективным решением.
Ключевой вывод 2025 года — «страх» на фондовом рынке был сдержан: индекс VIX (показатель ожидаемой волатильности S&P 500, его часто называют «индексом страха») удерживался ниже 20, даже когда нефть оставалась напряженной. Отсюда идея сделки на относительной стоимости: купить волатильность нефти и одновременно продать волатильность S&P 500 через фьючерсы на VIX или комбинации опционов (структуры из нескольких опционов, ограничивающие риск и стоимость). Такая стратегия зарабатывает на расхождении динамики, оставляя премию за риск в основном внутри энергосектора.
Стабильность доходности 10-летних гособлигаций США и DXY в тот период тоже важна. Рынок облигаций не стал сразу закладывать в цены серьезную инфляционную угрозу или шок для мировой экономики, воспринимая противостояние как управляемую проблему предложения (то есть как риск сокращения поставок, а не обвала спроса). Это означает, что в ближайшие недели стоит осторожнее автоматически покупать доллар как «защитный» актив, если нет явных признаков, что конфликт выйдет за рамки регионального энергетического спора.
