Стратег Rabobank отмечает: текущие рыночные цены показывают, что конфликт вокруг Ирана и возможные перебои поставок через Ормузский пролив рынок во многом считает уже «закрытой темой». Он описывает сценарии — от крупной победы США над Ираном ко второй–третьей неделе апреля до более длительных блокад и расширения эскалации. При этом часть рисков, по его словам, заметнее не на рынке фьючерсов (биржевых контрактов на поставку в будущем), а в физических сделках с нефтью (реальные поставки танкерами и по контрактам между компаниями).
Австралия будет вынуждена больше полагаться на импорт энергоресурсов после пожара на одном из двух нефтеперерабатывающих заводов страны на фоне повторяющихся аварий на оставшихся западных объектах. В материале приводятся предупреждения о риске дефицита дизеля, который может ударить по добывающей отрасли, и это связывается со снижением внутренней мощности переработки нефти (то есть способности страны производить топливо внутри страны).
В Европе Брюссель предупредил страны ЕС, чтобы они не накапливали топливо только «для себя» внутри национальных границ после более ранних заявлений, что риска энергокризиса нет. Также сообщается, что Еврокомиссия рассматривает более высокие налоги на ископаемое топливо (нефть, газ, уголь), чем на электроэнергию, чтобы ускорить переход на возобновляемые источники энергии. Однако во время текущего кризиса государства-члены действовали наоборот — снижали нагрузку на ископаемое топливо, чтобы сдержать цены.
На этом фоне автор утверждает, что нефтяные фьючерсы закладывают развязку конфликта вокруг Ирана уже к следующей неделе: Brent откатился примерно к $105 за баррель от максимумов марта 2026 года. Это выглядит оторванным от реальности физических поставок, где риск затяжной блокады Ормузского пролива остаётся очень высоким. Нынешнее спокойствие на рынке фьючерсов кажется хрупким — как и краткая стабильность в конце 2025 года перед новым витком обострения.
Отсюда вывод: объектом торговли становится сама волатильность (размах и скорость ценовых колебаний), поскольку она заметно недооценена. Индекс волатильности нефти CBOE OVX (показатель ожидаемых колебаний цен, рассчитываемый по ценам опционов на нефть) опустился ниже 40, несмотря на продолжающееся военно-морское противостояние. На этом фоне привлекательными выглядят долгосрочные колл-опционы (право купить актив по фиксированной цене в будущем) на WTI и Brent — как страховка от внезапного шока предложения (резкого сокращения поставок). Ставка на рост цен может принести прибыль, если рынку придётся признать риски, которые он пока игнорирует.
Автор предлагает смотреть не только на сырую нефть, но и на нефтепродукты, прежде всего на дизель. Недавний пожар на австралийском НПЗ Lytton подчёркивает глобальную проблему мощностей переработки: страна уже импортирует более 90% потребностей в готовом топливе. Это создаёт возможность в «крэке» (crack spread — разница между ценой нефти и ценой нефтепродуктов, то есть маржа переработки): ставка на то, что дизель будет дорожать быстрее, чем нефть.
В Европе политика сталкивается с необходимостью: Брюссель продвигает повышение налогов на ископаемое топливо на фоне предупреждений о дефиците. По данным Euroilstock (отраслевой отчёт о запасах нефтепродуктов в Европе) за начало апреля 2026 года запасы средних дистиллятов (топлива «средней фракции» — прежде всего дизель и авиационный керосин) упали до минимума за 15 лет, что делает регион крайне уязвимым к любым сбоям поставок. Этот политический фактор добавляет ещё один источник риска роста цен, который автоматические торговые модели могут не учитывать.
