Глава Банка Японии Кадзуо Уэда заявил, что одинаковый рост цен на нефть может приводить к разным результатам — в зависимости от динамики зарплат, ожиданий по инфляции (то есть того, какой рост цен ждут домохозяйства и бизнес), состояния спроса и курса валют, сообщает Reuters. Он отметил, что перебои с поставками (ситуации, когда из‑за геополитики или логистики предложение сырья сокращается) становятся все более частым риском, и добавил: центральным банкам не следует оценивать инфляцию, ориентируясь только на нефть.
По словам Уэды, сочетание высоких инфляционных ожиданий и роста зарплат повышает риск «второго круга» — когда первоначальный скачок издержек (например, из‑за энергии) закрепляется через повышение оплаты труда и последующее повышение цен компаниями. Напротив, низкие ожидания и слабый рост доходов могут удерживать базовую инфляцию (устойчивый рост цен без учета резких колебаний отдельных товаров, таких как энергия) даже после сильного шока издержек. Он также подчеркнул, что граница между временной и устойчивой инфляцией не фиксирована: разовый удар может стать долгосрочным, если меняет формирование зарплат, ожидания и поведение компаний при установлении цен; но даже крупный шок может остаться временным, если эти каналы не сработают. Пара USD/JPY снизилась на 0,15%, до 159,22.
Фокус политики Банка Японии смещается за пределы нефти
Банк Японии дает понять, что его подход к решениям по ставкам (реакция регулятора на инфляцию и экономику) сложнее, чем простое наблюдение за нефтью. Ключевой вопрос — как внешний шок издержек, например рост цен на энергию, передается в японские зарплаты и ожидания по инфляции. Это означает, что внимание стоит переносить с «заголовочных» цен на сырье на данные по рынку труда Японии.
Движение нефтяных цен укладывается в эту логику: Brent подорожала более чем на 10% за квартал, почти до $95 за баррель, на фоне устойчивой геополитической напряженности. Однако Банк Японии, вероятно, будет терпим к такому росту, пока он не запустит спираль «зарплаты—цены» (самоусиливающийся процесс, когда рост зарплат ведет к росту цен, а рост цен — к новым требованиям повышения зарплат). Поэтому в моделях целесообразно снижать роль энергетического фактора и повышать роль опросов по инфляционным ожиданиям (регулярные исследования, показывающие, какой инфляции ждут население и компании).
Самым важным показателем стали весенние переговоры по зарплатам «сюнто» (ежегодная кампания согласования повышения оплаты труда в крупных компаниях и профсоюзах), по итогам которых средний рост составил 4,5% — максимум более чем за три десятилетия. Такое ускорение зарплат — как раз тот канал передачи, который способен превратить временный энергетический шок в устойчивую инфляцию. Это повышает вероятность дальнейшей нормализации политики Банка Японии (переход к менее мягким условиям, включая повышение ставок) в ближайшие два квартала.
Стратегия на фоне волатильности иены и инфляционных факторов
На этом фоне рассматриваются стратегии с опционами (контракты, дающие право купить или продать валюту по заранее оговоренной цене) на рост волатильности иены (колебаний курса). При USD/JPY около 159,22 рынок может недооценивать риск неожиданно жесткого сигнала от регулятора. Рассматривается покупка «дальних» коллов на иену (опционы на укрепление иены с ценой исполнения, заметно отличающейся от текущего уровня), чтобы заработать на резком укреплении валюты, если Банк Японии перейдет к действиям по ее поддержке.
Сохраняющийся разрыв процентных ставок с США (когда ставка в США выше, чем в Японии), где ставка федеральных фондов остается выше 5% на фоне устойчивой инфляции, продолжает давить на иену. Этот внешний фактор делает расчеты Банка Японии по внутренней инфляции более чувствительными. Позиционирование строится на ожидании момента, когда внутреннее давление перевесит внешний фактор ставок; такой сценарий оценивается как все более вероятный до конца года.
